Федя, глядя в высокое летнее бесцветное небо, лежал и думал:
– Эх, ёж твою мать…
Федя помирал, причем неожиданно для себя. Неважно, по каким причинам это произошло, но лёжа в разнотравье на заброшенной лесной дороге, он думал именно так. В полуденный зной, когда ветерок качает траву, шумный лес обещает успокоение, а белые бабочки беззаботно шмыгают туда-сюда, Федя прощался с жизнью.
Остатки его угасающего сознания зафиксировали приближение какого-то автомобиля, и в голове промелькнуло: “Неужто отмаялся?”
Федя был ёжиком, или ежихой, в этих тонкостях совершенно не разбирался Пал Егорыч, который наткнулся на полудохлого ежа. “А животинку-то жалко – подумалось ему – возьму домой внукам, может, и выходят”.
Проблески Фединого сознания фиксировали тряску, дорогу и запахи, запахи, запахи… отвратные чужие запахи. В крошечной головенке зверька пульсировала одна мысль: “Господи, неужели я не заслужил тихо сдохнуть на дороге?”. А дальше провал в памяти. Потом тошнотворный запах чего-то ядовитого: “Ну и конец – думалось Феде – для опытов за рубль сдали”. И тишина…
Когда Федя очнулся, он увидел возле себя миску с молоком, хлеб и еще какую-то еду. Маленькая девочка пыталась его погладить. Собрав силы, Федя фыркнул, скрутился в клубок, но подумал, что лучше сначала пожрать перед смертушкой лютой…
И потянулись дни заточения. Через пять дней Федю, вполне сносно передвигающегося по коробке, унесли на улицу и посадили под балкон, за сетку.
Со временем Федя освоился, и даже таскал еду у Тоши, огромной кавказской овчарки. Что сказать? Плен был комфортный. Кормили, поили, режим дня свободный. Здоровье в норму пришло, и пузико выросло.
Беда пришла, откуда не ждали. Семейство Пал Егорыча посадило Федю в коробку, и куда-то повезло. Все почему-то были радостные. Из коробки Федю выпустили на том самом месте, откуда его подобрали несколько месяцев назад.
Ошалевший от родных запахов Федя рванул в лес, а Пал Егорыч с внуками почему-то плакали.
Уезжать они не спешили и устроили пикник. Часа через два, загружая остатки еды в машину, Пал Егорыч обнаружил в коробке спящего ежа, который лежа в коробке размышлял: “Нашли идиота, по лесу гулять… домой… только домой…”
Так Федор стал политическим эмигрантом.
© Сергей Сергеевич Серегин
Из сети
